Загрузить полную версию в виде doc файла
С.С. Шипшин, С.Д.Елизаров, О.С.Шипшина
В практике расследования преступлений, совершенных несовершеннолетними едва ли не всякий раз возникает необходимость в специальных психологических знаниях для установления способности субъекта к осознанно-волевой регуляции своего поведения в юридически значимой ситуации. Это связано с тем, что субъектом ответственности в подобном случае являются люди, находящиеся в процессе становления своего физиологического, психофизиологического, психологического (в том числе интеллектуального, личностного) и социального развития.
Поэтому к ним не применимы те подходы, которые приняты в отношении взрослой, сформировавшейся личности (независимо от ее социальной направленности).
Российское уголовное законодательство, учитывая международные правовые акты («Пекинские правила», Декларация ООН о правах ребенка), опыт зарубежного законодательства в отношении несовершеннолетних, устанавливает минимальный возраст виновной ответственности в 14 лет по двадцати составам преступления. Это связано с тем, что к 13—14 годам интеллектуальное развитие подростков позволяет им воспринимать, запоминать и осмысливать информацию, в целом осуществлять рациональный и достаточный волевой контроль своих действий в практически доступных в этом возрасте сферах деятельности.
В то же время, как показывают исследования, сформированность способности к волевому контролю; возможность осознавать и оценивать мотив и цель предполагаемых действий, прослеживая варианты в их соотношении с ценностями и нормами общества, развитость самосознания как составной части механизма управления поведением, обеспечивающих социально ориентированную управляемость поведением в ситуации выбора достигается к 15-18 годам.
При этом на практке мы можем столкнуться с тем, что уже в 12-летнем возрасте определенная часть подростков может практически в полной мере осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, но также определенная часть подростков 15-18 лет может не обладать либо недостаточно обладать этой способностью.
За последние годы установилась практика производства в отношении несовершеннолетних обвиняемых комплексных судебных психолого-психиатрических экспертиз. Это оправдано тем, что нередко отставание в психическом развитии (этот факт является юридически значимым) может являться следствием не только социальной и педагогической запущенности, но и следствием минимальной мозговой дисфункции, органического заболевания головного мозга, черепно-мозговой травмы, соматического заболевания.
Часто имеет место сочетание различных биологических и социальных факторов в происхождении отставания в психическом развитии подростка. Установление факта отставания в развитии в тех случаях, когда подросток, вступивший в конфликт с законом, не в полной мере осознавал фактический характер своих противоправных действий и/или был неспособен в полной мере руководить ими, имеет существенное значение. Так, если подросток не в полной мере осознавал фактический характер своих действий и не в полной мере мог руководить ими вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством (например, вследствие недостаточного развития сенсорных систем – зрения или слуха, серьезного соматического заболевания, педагогической и социальной запущенности в результате нахождения в социально-опасной ситуации), т.е. когда он выявляет личностную незрелость, он освобождается от уголовной ответственности (ч.3 ст.20 УК РФ).
В тех случаях, когда имеет место столь же выраженное неполная способность к осознано-волевой регуляции своих действий вследствие психического расстройства, в действие вступает ст. 22 УК РФ.
Хочется еще раз подчеркнуть, что юридически значимым при оценке способности несовершеннолетнего, достигшего 14-летнего возраста, нести уголовную ответственность является установление:
- способности в полной или не в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих противоправных действий;
- способность в полной или не в полной мере руководить своими действиями в момент совершения инкриминируемого ему деяния.
В связи с этим необходимо остановиться на одном очень важном вопросе. Нередко судьи (реже следователи), как правило, на основании ходатайств защитников, ставят перед экспертами вопрос о том, какому возрасту соответствует интеллектуальное развитие подростка (особенно в тех случаях, когда несовершеннолетние выявляют признаки отставания в психическом развитии).
Подобный вопрос встречается в некоторых методических пособиях по назначению судебных экспертиз. По логике, от эксперта ожидается ответ, что интеллектуальное развитие, например, 15-летнего отстающего в развитии правонарушителя, может соответствовать интеллекту 13-летнего «нормального» подростка и, таким образом, подобный правонарушитель вроде бы не является субъектом уголовной ответственности. Однако здесь следует подчеркнуть несколько моментов.
